Там режут сталь, куют деталь

Там режут сталь, куют деталь

Ослаб, почти исчез замечательный жанр литературы «производственный роман». Действие производственного романа разворачивается в особой обстановке, малознакомой большинству читателей. Герои романа — такие же люди, как все, но на их чувства и поступки влияют профессиональные факторы, или особенности места проживания, или общая болезнь и т. д.

Нет возможности у современного читателя прочитать новую книжку про какую-нибудь сферу деятельности человека и на всю жизнь сохранить аромат профессии, понимание условий труда и жизни разных людей, уважение к их занятиям. Человек может никогда не узнать про то, как сейчас живут рыбаки, физики, летчики или геологи. Отсутствие малых знаний о многих предметах вредно сказывается на нравственном здоровье общества, изменяет ту привычную, традиционную атмосферу общения, когда образованный человек в России знал все и имел суждение обо всем. Все чаще видно в глазах непонимание, если тема выходит за собственные узкие рамки, чаще слышно американское: «Я в этом не специалист», — и стена, ни знания, ни интереса. Герой актера Александра Ленькова из фильма «Зимняя вишня», мечтавший о спорах ни о чем, сейчас кажется еще более никчемным человеком, чем 20 лет назад. Жизнь и работа почти во всех сферах за это время сильно изменились, а описания этой новой обстановки нет.

Причина угасания общей эрудиции у многих людей со специальным образованием состоит, в частности, в том, что читатели не читают книг, а писатели не пишут производственных романов. Из последних знаю только «Географ глобус пропил» А. Иванова про современную школу.

Производственный роман — это и «Аэропорт» А. Хейли. Это и «Белые одежды» В. Дудинцева (у про- читавшего любовь к выращиванию картошки и интерес к генетике останутся на всю жизнь), и «Иду на грозу» Д. Гранина, и «Смиренное кладбище» С. Каледина, и «ЧП районного масштаба» Ю. Полякова. Это прекрасные книги. Написаны они талантливыми писателями и тонкими знатоками предмета, раскрывающими читателю глубины и дали. Действие в них разворачивается в учреждении, на предприятии, в конкретном профессионально ориентированном месте. От того, что многие герои книги связаны по работе, и фабула романа связана с профессией, литературные достоинства книги не уменьшаются. И читать интересно, и знание цепляется за малость, а в памяти остается и то, и это. Пленительная Леночка из романа В. Дудинцеваа «Белые одежды» и противная Таня Зуева из моего «Почтового ящика» запоминаются сами по себе, независимо от того, что Леночка — биолог, а Таня Зуева — инженер.

Одна из причин угасания жанра «производственный роман» состоит в том, что писатели никаких
романов о людях в профессии написать не могут, а сами никакой профессии не имеют и никакого дела не знают, так как не тратят драгоценные годы, чтобы узнать что-нибудь, не относящееся к их писательской жизни. Если бы современный писатель узнавал жизнь, трудился в какой-нибудь нелитературной области, набирался опыта, то он безнадежно бы отстал от других писателей, которые пробивались с молодых лет, цеплялись за нужных людей, захватывали наш сильно обедневший литературный рынок.

На захваченном литературном рынке большинство успешных писателей ведет себя небрежно, пишет, не зная предмета, раздает необоснованные оценки, пишет одно и то же, презирает современников и морочит голову им, а возможно, и потомкам.

И жизнь страны оказалась совсем не отражена в этих очень похожих одна на другую книжках якобы про современную Россию. Как будто работает мощный принтер, а писатели выхватывают из него бумажные пачки, кто сколько смог урвать.

Цель писателя теперь не рассказать о неведомом, писатели ничего неведомого не знают, не объяснить происходящие события со своей писательской позиции, писатели позиции не имеют, не воспитать благородного человека. Цель писателя — раскрутить проект.

Очень похоже на цель политика — добиться высокого положения, чтобы управлять всем, не понимая ни в чем.

Не может писатель, к сожалению, и просветить читателей, объяснить, что и как вокруг происходит. Во многом оттого, что сам этого не понимает, во многом — побаивается, есть, что терять. Так в Московском Театре им. А.С. Пушкина Хлестаков рассказывает, что его приняли за турецкого посла. Наверное, авторы спектакля посчитали, что Н.В. Гоголь не обидится на правку, а если обидится турецкий посол на упоминание всуе, то ничего страшного не произойдет. Но уж если главнокомандующий обидится, то… лучше не рисковать. Вроде бы «Ревизор», но не совсем. Вроде бы анализируют писатели нашу жизнь, учат читателей, но как-то не так.

Что же остается братьям писателям, в какой области проявить свой талант? Вот они и пишут детективы про современные правоохранительные органы: «Предложили мне, ребята, блин, перейти в прокуратуру, повышение, как бы. А я не пойду. Я — мент, по жизни — мент! Наливай, майор!»

Добавить комментарий