Режим работы

Режим работы

Ракета «Протон-М» с тремя российскими навигационными космическими аппаратами «Глонасс-М» упала во вторник, 2 июля на космодроме Байконур на первой минуте старта. 12 июля сообщили о завершении работы по сбору и идентификации фрагментов ракеты. Жертв, к счастью, нет. Есть миллиардные материальные потери и отравление местности. Возбуждено уголовное дело, и ожидается, что по окончании всех проверок будут «кадровые потери».

По поводу предшествующих аварий предполагали, что кто-то сбивает наши космические аппараты, ведь неудачи с ними случаются в той части полетной траектории, где российские локаторы «не видят» объекта. Такая гипотеза, было сказано, имеет право на существование. Конечно, имеет. Только если разрабатывать эту гипотезу, найти причину неудач в космосе не удастся. Продвигать, даже вслух называть такую гипотезу, нечестно, недобросовестно, разработка этой гипотезы отвлекает силы и средства. Так действовать — значит, искать простое решение, заранее прикрывать собственную…голову.

Если подозреваешь иностранные службы, проверь, узнай с привлечением узкого круга лиц. При широких связях за границей это можно сделать. Но нет, не узнать истину требуется, а громко прокукарекать, а там хоть не рассветай. Не удастся доказать, что иностранцы виноваты, обвиним внутреннего врага, не впервой в нашей истории.

Теперь искать причины аварии за линией горизонта не стоит, «Протон» упал у всех на глазах.

Другое предположение: причина неудач заключается в том, что предприятия «разболтались». Следует ужесточить режим на предприятиях оборонной отрасли. Режим на оборонном предприятии — это комплекс мер, обеспечивающих сохранение государственной тайны и способствующих повышению трудовой дисциплины и уменьшению воровства на предприятиях. Так думают посторонние люди, не знающие сути дела.

Фактически жесткий режим затрудняет работу, мешает научному и производственному взаимодействию предприятий. Степень соблюдения правил режима мало связана с эффективностью работы предприятия. Одно известное предприятие, до сих пор славящееся самым жестким режимом, за свою историю не произвело почти ничего, даже поговорка про него была, что оно работает «на унитаз». Но это градообразующее предприятие. Рабочий день начался — и весь город за забором. Вот в чем главная задача жесткого режима — ограничить свободу городского населения.

И государственную тайну режим не охраняет. На предприятии с достаточно жестким режимом секретности работал настоящий американский шпион А. Толкачев. Несколько лет передавал он
секретные сведения. Разоблачили его не «режимники», а разведчики. А режим секретности он обходил очень просто. Как говорится, на каждую хитрую гайку есть соответствующий винт.

И воровали на предприятиях независимо от жесткости режима (пока было, что воровать, сейчас уже многое украли, поэтому воруют предприятия целиком).

Способ преодоления кризиса оборонной промышленности во многом зависит от личности руководителя, от его компетентности, от того, насколько честно он работает.

Спор о том, кто должен руководить оборонной промышленностью, никогда не возникал. У руля всегда стояли военные или инженеры. История сохранила имена крупных деятелей, оказавших огромное влияние на арсенал страны: маршал Тухачевский, нарком Ванников, маршал Неделин, штатский маршал Устинов. Жизнь и смерть этих людей означала жизнь и смерть целых направлений оборонной отрасли. Так, расстрел Тухачевского привел к отставанию советской радиолокации. А инженеров, пионеров советской радиолокации, отправили в лагеря. Были среди начальников «оборонки» и неяркие руководители, такие, как забытый ныне Зайков, или многолетний председатель ВПК Смирнов, которого, возможно, помнят по кинокартине «Серые волки». Там Хрущев в исполнении Ролана Быкова говорит в телефонную трубку: «Вы — засранец, товарищ Смирнов!».

В этот раз руководить оборонной промышленностью назначили Д.О. Рогозина, совершенно постороннего человека, не инженера, не военного. Аналогичного назначения в истории страны не найти, ну разве что Берия. Но эту аналогию лучше не рассматривать, а то можно сильно увлечься и отойти от темы.

Когда новый руководитель отрасли сразу заявил, что предприятия «разболтались», нужно усилить режим, каждому практическому работнику стало ясно, что пришел дилетант, к тому же не думающий об истинных причинах неудач отрасли. Еще можно красить траву на газонах зеленой краской, можно регулировать движение оставшихся на предприятиях старичков-инженеров при переходах между корпусами. Толку не будет.

Нового руководителя оборонного комплекса характеризуют три основные черты.

Во-первых, он человек привилегированного происхождения, из советских бояр. Карьера его типична для «блатного» (как бы ему ни хотелось представить себя оппозиционером, как бы он ни уверял, что правительственных наград не имеет). И далее он идет проторенной дорогой — его сына Алексея поставили директором оборонного завода. Такие люди всегда презирали инженеров, униженных и бесправных граждан страны, не имеющих никакого общественного веса, живущих на окраинах городов, в плохих квартирах, на нищенское жалованье. Разве можно ставить начальником над инженерами генеральского сынка? Как он заставит инженеров лучше работать? Велит бить их посильнее?

Во-вторых, этот человек представляет себя как русский националист. Все он русских защищает от инородцев. Сортировка работников «по пятому пункту» в науке и технике тормозит прогресс. Как
под его руководством будут работать евреи и другие неприятные ему подчиненные, которые, тем не менее, вносят посильный вклад в укрепление обороноспособности страны, и которых порой трудно заменить?

Добавить комментарий