Зубочистка

Николай быстро свыкся с таким положением, когда ни за что не отвечаешь, задач никаких перед тобой не стоит, жена всегда накормит и обиходит, а если что, то к сестре всегда можно обратиться. Охотно ругает прави􏰀тельство, нынешние порядки, тревожится о будущем страны, возмущается богатыми, сочувствует беднякам, к которым относит себя. Часто кричит, если ему возра􏰀жают. Не любит, когда говорят, что кто-􏰀то тяжело болен: «Нечего нагнетать, не так все страшно, он еще меня пе􏰀реживет!» Если больной все-􏰀таки умирает, то Николай не смущается и не оправдывается.

Когда в 98􏰀м году, в кризис, Таня, считай, разори􏰀лась, осталась на бобах, Николай тихо радовался и бор􏰀мотал, что, мол, как веревочке ни виться… и что Бог правду видит. Хотя разорение сестры было ему совсем невыгодно, но не мог сдержать натуру. Впрочем, это он бормотал потихоньку, под нос, а на людях провозглашал: «Сестра много потеряла, я уж и говорю жене: «Надо бы ей помочь!», а потом посмотрели мы друг на друга и в одно слово сказали: «А чем мы можем помочь?!» Вот, время окаянное!»

А ведь мог бы помочь, хоть из захапанного им роди􏰀тельского наследства что-􏰀то уделить, или «из чулка» за􏰀начку вытрясти. Немного, но ведь и этого не предложил… Впрочем, Таня за пару лет снова поднялась после кризи􏰀са, и все пошло по􏰀-прежнему.

Водитель Володя ушел от Татьяны в правительствен􏰀ный гараж. Деньги там были примерно те же, но уж очень ему было приятно ездить с пропусками и мигалками, а на платных стоянках показывать сребролюбивым пар􏰀ковщикам шикарное удостоверение и стоять бесплатно. Опять же, нравилось возить настоящих начальников, а не какую-􏰀то там Татьяну Игнатовну. Наслаждался он этой благодатью два года, а потом попросился обратно. Когда Татьяне Игнатовне доложили, она однозначно сказала: «Нет, назад не возьму!» А через пару дней вспомнила, как Володя с ней и матерью стоял перед две􏰀рью, зубочистку из замка вынимал, и сказала секретар􏰀ше: «Найди Володю, пусть приходит…»

Добавить комментарий