Холодный профессор

Гундосов. С таким профессорско-преподавательским составом я за нашу кафедру как бы совершено спокоен.

Все уходят в лабораторию (последним — Гундосов, доставший из сейфа две бутылки).

ЗАНАВЕС

 

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

СЦЕНА 1

Через год после событий первого действия.
Кухня. Вечер. За столом сидит Дубинин и читает. Справа входит Анастасия в шубке.

Анастасия. Папа, ты дома? А где мама?
Дубинин. Мама будет поздно. Раздевайся, иди сюда, я тебя чаем напою.

Анастасия уходит переодеваться, потом возвращается, одетая по-домашнему, и садится за стол. Дубинин в это время хлопочет, накрывает на стол, садится вместе с дочерью. Пьют чай и разговаривают.

Дубинин. Ну, как дела?

Анастасия. Все хорошо. Выставку повезем в Швейцарию. Потом в Японию.

Дубинин. Ух, ты! А тебя берут?

Анастасия. Это я их всех беру или не беру. Дубинин. Ну-ну, не зазнавайся!

Анастасия. Серьезно, пап. У меня на работе все о-о-очень хорошо…

Дубинин. А скажи мне, деточка, что у тебя с Робертом. Мы с мамой тебя не спрашиваем, но так тоже нельзя — ушла, не сказала…

Анастасия. Папа, большие девочки уходят от родителей к молодым людям, вы должны об этом знать!

Дубинин. Но ведь и вернулась, ничего не сказала! Нам с тобой лучше, не об этом речь. Мы без тебя скучали эти полгода, потом привыкать начали, вроде того, что дочку замуж выдали, думали о свадьбе, о новой родне. А тут, пожалуйста…

Анастасия. Что сказать тебе, папа… Конечно, нужно вам с мамой объяснить… Давай с начала. Для меня мужчина — это ты или Васька, ну, еще кое-кто, но список короткий. Все остальные не подходят. А тут появился твой коллега, то есть уже немножко ты, только моложе. Не особо молодой, старше Васьки, но ничего, «сойдет с горчичкой». Из-за того, что он твой сослуживец, внутренний контроль ослаб… Появился он в счастливую минуту, первый успех, радость. А он — ученый, преподаватель. Влюбился, ухаживал красиво. Добивался меня… Сейчас, ты ведь знаешь по своим студентам, девушку не добиваются, если нужно усилия прикладывать, парень отворачивается и берет, что легче взять. А уж если имеется квартира, куда девушку привести, машина, чтобы прокатиться, деньги на ресторан, то просто завидный жених. А Роберт старался быть интересным. Ну, и мне показалось, что парень неплохой… Чтобы сразу в ЗАГС с ним не бежать и ребеночка не рожать, ума у меня хватило, но пошла к нему. Проверить чувства, так сказать. И долго эти шоры у меня держались. Начала его воспитывать, речь его мусорную исправлять, в театры и на выставки водить. Готовила, как говорится, для себя, для нас. Чтобы стал своим, как Васькина жена. Пожалуй, и полюбила это твое отражение в луже!

Дубинин. Выходит дело, я виноват, что ты от него ушла.

Анастасия. Частично ты… Давай я тебе объясню по порядку. Согласись, что ты на кафедре немного «инородное тело», отличаешься слегка от прочих… Например, все преподаватели знают, что нагрузка бывает выгодная, бывает невыгодная. Всякие лекции, семинары, лабораторные работы и прочее имеют свой вес. Бывают часы удобные или неудобные. Например, первая лекция в понедельник или после обеда в пятницу считаются неудобными. Ты же берешь все, что дают. Не борешься за выгодные и удобные часы. Потом, ты не различаешь плановую и внеплановую нагрузку. У тебя по плану два дипломника в год. А ты вел восемь дипломов, а при оформлении оплаты написал, что ты штатный преподаватель. А следовало бы, двоим плановым написать, что ты — штатный, а шестерым, что ты — почасовик. И тебе бы за этих шестерых дипломников деньги отдельные заплатили. Раз ты такой популярный преподаватель, что к тебе идут выпускники на диплом, то за это положено вознаграждать. Тебе об этом никто слова не сказал, и ни- кто потом не пошел, чтобы исправить ошибку.

Дубинин. Да, полгода не напрасно прошли, про- светил тебя Роберт Николаевич! Это было-то всего два раза.

Анастасия. Роберт Николаевич в этом деле ас! Один копает, а другой наряды оформляет и учитывает и двойной откид грунта, и вечную мерзлоту, и все стальное. Ты из тех, кто копает, а Роберт знает, как это выгодно продать… Считай, по первому пункту я тебя убедила. Раз ты не борешься за то, за что борются все, и делаешь то, чего не делает никто, значит, ты — белая ворона… Затеял студенческий семинар, тоже без оплаты. Из своего кармана заплатил за выпуск учебного пособия… Ну, это все к первому пункту.

Дубинин. А будет и второй?

Анастасия. Будет второй и третий. Пункт второй. Ты приносишь в университет договора с предприятиями и становишься научным руководителем. Деньги получаешь ты, несколько преподавателей и студентов, которые тебе помогали, Малиновский и Назаров.

Добавить комментарий