Почтовый ящик

— А если не по чертежам? Не нашли у Сашки в цехе этого металла, сделали оси из другого, — настаивал Сережа.

— Ладно, пошли на завод, — сказал Самуил.

— Неужели сумеете определить, из чего изготовлены оси? — с уважением спросил Сережа.

— Ну, так! Это же конструктор от Бога! — предложил Самуилу помириться Слава. Он как будто извинялся этими словами за «хренова конструктора».

________

Самуил Яковлевич забрался на стенд. Саша поддерживал его за спину, чтобы не упал, пока двумя руками ковырялся в стенде. Сережа подавал инструменты, Слава поворачивал стенд, куда просил Самуил, чтобы легче было подобраться к нужному месту. Через двадцать минут Самуил слез со стенда расстроенный.

— Сталь хорошая, но не та, — сказал он.

— А как могло получиться? — спросил Сережа. — Не знаю… Я не подписывал. Может, болел я, а
без меня кто-то из наших конструкторов разрешил изменение, а я прозевал… Вряд ли цех стал бы самовольничать… — Самуил совсем раскис.

— А что, это дефицитный металл? — начал выяснять перспективы Сережа.

— Нет, не особо, мы его применяли раньше… — вяло ответил Самуил.

— А здесь, на заводе, такой металл может найтись? — спросил Сережа.

— Думаю, что может, — оживился Самуил. — Сережа, я тебе напишу марку стали, ты выясни, есть ли у них, а я пока эскиз нарисую. Еще нужен токарь хороший. Если у них нет, то пусть лучше наш столичный теоретик выточит. Он же — и практик-универсал.

С этими словами Самуил кивнул на улыбающегося Ефимова. Но хороший токарь на заводе был, нужный металл достали в тот же день. Сережа попросил, чтобы начали точить новые оси поскорее, желательно в субботу, тогда к вечеру понедельника их бригада могла бы продолжить работу.

В субботу были на заводе, разбирали конструкцию для замены осей, объясняли токарю, как точить. Токаря так напугали ответственным заданием, что он прибегал спрашивать любой пустяк и две первые заготовки запорол.

________

В воскресенье Самуил Яковлевич купил три кило вареной колбасы и уехал на электричке в гости, в Ростов. В Ростове жил его однокашник, и Самуил с ним заранее сговорился. То, что, отправляясь в Ростов, нужно взять с собой колбасный гостинец, подразумевалось само собой: в России, в Ростове в частности, было похуже с продовольствием, чем на Украине, и колбасу просто так купить было нельзя. И из Белгорода в то время ездили за харчами в Харьков.

Сережа боялся, что слесари опять запьют по случаю выходного, и придумал экскурсию. Тоже поехали на электричке, но не в ту сторону, что Самуил. Поехали в Славяногорск. Купались в Северском Донце, ходили по пещерам, смотрели на железного Артема, которого даже немцы не смогли взорвать, пили домашнее вино на рынке по пятьдесят копеек стакан.

Удивлялись, как люди в этих краях обращаются друг к другу: «женщина», «мужчина», как разговаривают в очереди: «Женщина, я за вами стояла?» — «Да, женщина, вы стояли лично за мной, а за вами был этот мужчина! Да, вот, вы, мужчина, повернитесь!» — Сашка просто покатывался со смеху и тут же подхватил.

— Мужчина, вы пиво будете? — толкнул он в бок Сережу.

— Скажу вам, мужчина, как вы первый раз в здешней местности. Вы что, Саша? Это же дружковское пиво, а столичные специалисты пьют только краматорское! — в тон ему ответил Сережа.

Прошло полтора десятка лет, и так же стали говорить и в Москве. Кто бы мог подумать?

Очень приятно провели время. На следующие выходные, если таковые будут, Сережа наметил экскурсию в Донецк.

________

Отремонтированный стенд работал, как часы. Все проверили. Для дальнейшей работы — сдачи стенда — Самуил Яковлевич и Саша были не нужны, и они собрались домой. Устроили прощание с отъезжающими. Все были довольны друг другом.

За столом чокались на равных. Под конец застолья Сережа стал не мигая смотреть на Самуила. Когда тот поднял на Сережу удивленные глаза, Сережа сказал ледяным голосом:

— Самуил Яковлевич, а вы любите выпить!

— Ты знаешь, Сережа, люблю, — от души засмеялся Самуил.

Вечером поехали провожать на вокзал. Стояли в короткой, но бестолковой очереди у кассы. Билеты на проходящие поезда начинали продавать в последнюю минуту перед прибытием. Кто-то лез без очереди, кто-то с удостоверением, кто-то с запиской или телеграммой. Одна бабуля получила заветный билет, но не смогла уехать, потому что путь к пассажирскому поезду перегородил товарный состав. И так три с половиной часа. Сережа содрогнулся при мысли, что им с Владиславом Ивановичем предстоит то же самое через неделю.

ГЛАВА 17

Таня кормила дочку грудью, а все семейство собралось вокруг и смотрело на молодую мать. Родители Тани сидели в умилении рядышком. Сережа сидел счастливый, спокойный. Даже маленький Гендос притих и стоял около матери, внимательно наблюдая за ней и за крошечной сестренкой.

Добавить комментарий